Архив для категории: Магия, Фэнтези

Владислав Петрович Крапивин «Прохождение Венеры по диску Солнца»

Владислав Петрович Крапивин "Прохождение Венеры по диску Солнца"

Револьвер был итальянской системы «Пикколо». В точности как настоящий. Только вместо медных патронов — стеклянные баллончики со сжатым воздухом. Хлопал он оглушительно, бил пластмассовыми пулями крепко, но застрелиться из него было все-таки невозможно. Я и не пробовал. Вместо этого лежал на тахте и стрелял по фужерам.
Эти фужеры мы купили с Лидией год назад, когда наконец решили расписаться в загсе. Дюжина тонких-звонких красавцев всяких дымчатых расцветок — от нежно-лиловой до темно-розовой. Они стояли шеренгой за стеклом посудного шкафа. Стекло разлетелось от первого выстрела, а сейчас разлетались сами наши любимцы. Я старался перешибать ножки, но это удалось всего два раза. Чаще пули разносили верхнюю часть фужера или вообще летели мимо — делали лучистые дыры в зеркальной задней стенке. После восьми выстрелов были уничтожены пять тонконогих бокалов. Я перезарядил барабан. Я расстреливал собственную прежнюю жизнь. Ни злости, ни отчаяния, ни дурацких надежд уже не осталось. Все перегорело. В душе сидело только тупое «наплевать». И этакая безбоязненная мрачность, когда говоришь судьбе: «Ну давай, давай. Что еще? Чем хуже, тем лучше…» Хотя какое могло быть «лучше»… Лишь изредка, будто одинокие пузырьки, всплывали остатки эмоций, и я шепотом говорил:
— С-сука…

Джон Коннолли «Сэмюэл Джонсон и врата ада»

Джон Коннолли "Сэмюэл Джонсон и врата ада"

Тем вечером мистер Абернати открыл дверь, в которую позвонили, и увидел на пороге невысокую фигуру в белой простыне. В простыне были прорезаны две дырки на уровне глаз, чтобы гость мог ходить, ни на кого не натыкаясь, — разумная предосторожность, особенно если учесть, что на нем были еще и очки с толстыми стеклами. Очки сидели на носу поверх ткани, что придавало гостю сходство с близоруким и не очень-то жутким привидением. Из-под края простыни торчали разномастные кроссовки, левый — синий, а правый — красный.
В левой руке гость держал пустое ведро. От правой тянулся поводок. Поводок заканчивался у красного ошейника, а ошейник охватывал шею некрупной таксы. Такса уставилась на мистера Абернати, и мистеру Абернати в этом взгляде почудилась неприятно тревожащая степень самосознания. Не будь он человеком здравомыслящим, мог бы подумать, что перед ним собака, понимающая, что она собака, и не очень-то довольная существующим положением вещей. Равным образом пес явно знал, что мистер Абернати — не собака (в общем и целом собаки воспринимают людей как очень больших собак, обучившихся всяким трюкам типа хождения на двух ногах, и подобные фокусы достаточно быстро перестают производить на собак впечатление). Это навело мистера Абернати на мысль, что перед ним воистину очень умный пес — чертовски умный. Животное явно было не в восторге от него, и мистер Абернати поймал себя на том, что его одновременно и раздражает, и слегка огорчает разочарование таксы.

«Четыре дракона»

"Четыре дракона"

При такой ответственной миссии у Калеба не оставалось времени на свидания, походы по магазинам и молочные коктейли в кафе.
«Вся сложность в том, — подумала Корнелия со вздохом, — что и я, и Калеб, мы оба выполняем ответственное, смертельно опасное задание. Каждый из нас старается спасти свой собственный мир. Мы ужасно далеки друг от друга! В конце концов, — продолжала чародейка, ощущая, как сердце вдруг пронзила острая боль, — может, мы с ним никогда больше не увидимся. У меня остался лишь волшебный белый цветок, который  подарил мне на память. Цветок, сотворенный им из одной моей слезинки».
С другой стороны, трудно было себе представить, чтобы веселый и оптимистичный Питер вообще мог заставить девочку плакать. Питер был простым и «нормальным», как кусок вишневого пирога, или солнечный день на пляже, или…
«Или как моя жизнь до того, как я стала Стражницей, — с грустью подумала Корнелия. — Я иногда гадаю, как все сложилось бы, не обрети я магических способностей. И если бы мое сердце не было разбито оттого, что нам с Калебом пришлось разлучиться сразу после встречи. Возможно, если бы всего этого не было, я стала бы девушкой Питера. Мы бы ходили с ним на самые обычные свидания и в кино. Я могла бы помочь ему с подготовкой к экзаменам, а он научил бы меня кататься на доске по волнам. Мы были бы счастливы вместе. Счастливы, и ничего больше!»

«Возвращение из Тьмы»

"Возвращение из Тьмы"

В комнату вошла бабушка и показала девочкам талисман из их снов. Он назывался Сердцем Кондракара. Она открыла им, что они — Стражницы Великой Сети. Подружки не верили своим ушам.
А еще оказалось, что бабушка тоже когда-то была Стражницей!
Хай Лин хранила в памяти и тот день, когда бабушка вручила ей карту двенадцати порталов…
Бабушка была очень бодра , так ка спала на белье от кпб иваново, поэтому Хай Лин заглянула к ней после школы, чтобы поздороваться. Тогда-то старушка и передала ей скрученную в трубочку и истрепавшуюся по краям карту. Развернув свиток, Хай Лин увидела перед собой точный план Хитерфилда, где были отмечены проходы, ведущие в Меридиан.
Бабушка никогда не теряла самообладания. Она была необыкновенно мудрой. И сильной.
Хай Лин постаралась найти в себе хотя бы крупицу этой силы, чтобы ей было не так одиноко без подруг.
Чародейка открыла дверь в родительскую спальню — она хотела проверить, как дела у мамы.

Ведьма. W.I.T.C.H. «Свет меридиана»

Ведьма. W.I.T.C.H. "Свет меридиана"

Вилл чувствовала себя нескладной малявкой. Угловатые коленки и лицо можно было назвать какими угодно, но только не соблазнительными. Даже ее коллекция лягушек, обычно повышавшая ей настроение, на этот раз не помогала. Наоборот, глядя на все эти безделушки, она ощущала себя ребенком. Девочка никак не могла выкинуть из головы красотку Джеки, заходившую в зоомагазин. Помимо привлекательной внешности и модной одежды, которую она купила здесь: продажа одежды оптом от производителя, у той были водительские права и шикарный автомобиль. Все это вызывало у Вилл жгучую зависть.
— Нет, так не пойдет! — простонала чародейка. — Я должна выглядеть сногсшибательно, чтобы сразить Мэтта наповал!
Вдруг красное платье и леопардовые сапоги исчезли, и девочку окутал розовый магический вихрь. Вилл все так же стояла и смотрела на свое отражение. «Что же будет дальше?» — размышляла чародейка. Мгновение спустя — словно какая-то высшая сила прочитала ее мысли — на ней уже красовался новый наряд.
К сожалению, этот туалет оказался не лучше прежнего. Ярко-зеленое платье было украшено желтыми и салатовыми пятнами. Вилл выглядела так, будто ее забросали гнилыми лимонами, которые прилипли к шерстяной ткани.

Йон Колфер «ПОСЛЕДНИЙ ХРАНИТЕЛЬ»

Йон Колфер "ПОСЛЕДНИЙ ХРАНИТЕЛЬ"

Артемис Фаул терял терпение. Доктор Аргон опаздывал. Этот последний сеанс был ему нужен не больше, чем предыдущие полдюжины. Артемис, слава небесам, полностью здоров, и был таким еще с восемнадцатой недели лечения. Его удивительный интеллект ускорил процесс, и он больше не собирался попусту тратить время на болтовню с каким-то жалким психиатром.
Вначале Артемис мерил шагами кабинет, не желая, чтобы его успокаивал водопад с пульсирующими огоньками, затем посидел минутку в кислородной камере, которая, как он считал, приводит в состояние душевного равновесия намного лучше.
«Да уж, камера», — подумал он, быстро выскакивая из застекленной кабины.
Наконец дверь зашипела и откатилась на роликах в сторону, впуская доктора Жербаля Аргона в его собственный кабинет. Врач-коротышка сразу же вспрыгнул в свое кресло. Он погрузился в объятия его многочисленных подушечек, шлепая по кнопкам подлокотника, пока гелевая подушечка под его правым бедром не загорелась неярким светом.
— Ох, — вздохнул он. — Мое бедро меня убивает. Ничто не помогает, честное слово. Люди думают, что знают, что такое боль, но они о ней и понятия не имеют.
— Вы опоздали, — холодно заметил Артемис на беглом эльфийском.

Йон Колфер «Зов Атлантиды»

Йон Колфер "Зов Атлантиды"

Жил-был в Ирландии мальчик, который хотел знать все на свете и читал книгу за книгой, пока мозги у него не распухли от астрономии, математического анализа, квантовой физики, романтической поэзии, криминалистики и антропологии помимо сотен других предметов. Но больше всего он любил одну тоненькую книжку. Сам он ее никогда не открывал, ее читал ему на ночь отец: старый томик в твердом переплете под названием «Золотой горшок» повествовал о жадном пареньке, изловившем лепрекона в тщетной попытке завладеть его сокровищами.
Отец произносил последнее слово на последней странице, то есть «Конец», закрывал потертый том в кожаном переплете, улыбался сыну и говорил: «Идея у этого мальчика была верная. Спланируй он получше, все бы у него получилось». Довольно странное высказывание для отца. Ответственного отца, по крайней мере. Впрочем, это был нетипично ответственный родитель — Артемис Фаул I, ключевая фигура в одной из крупнейших преступных империй планеты. И ребенок тоже был нетипичный — Артемис Фаул II, которому в скором времени предстояло самому стать весьма выдающейся личностью как в человеческом мире, так и в волшебном, скрытом под человеческим.
«Спланируй он получше… — часто думал Артемис, после того как отец целовал его в лоб перед сном. — Спланируй он получше…»

Артемис Фаул «Пока все плохо»

Артемис Фаул "Пока все плохо"

Империя Фаулов быстро распалась.
Теперь все зависит только от меня, понял Артемис, восстановление нашего состояния и поиски отца.
Так он стер пыль с папки о волшебном народце. Он хотел поймать эльфа и потребовать за нее выкуп. Только несовершеннолетний гений смог бы осуществить такой план, сделал вывод Артемис. Тот, кто уже взрослый, чтобы понимать принцип торговли и тот, кто еще молод, чтобы верить в волшебство.
С помощью его, более чем одаренного телохранителя Дворецки, двенадцатилетнему Артемису на самом деле удалось схватить эльфа и держать его в подвале охраняемого поместья Фаулов. Правда, этот эльф был не «он», а «она». И вместе с тем удивительно похожая на человека. Раньше Артемис не думал о том, что удерживает меньшее существо, сейчас же ему неприятно осознавать, что он похитил девушку.
Были и другие осложнения: этот волшебный народ совсем не был похож на тот, что описывался в сказках. Этот народ имел дело с высокими технологиями, это были члены высшего отряда полиции: Легион Подземной Полиции, Разведывательный Корпус Особого Назначения или кратко ЛеППРКОН.

Йон Колфер «ПАРАДОКС ВРЕМЕНИ»

Йон Колфер "ПАРАДОКС ВРЕМЕНИ"

Удобно устроившись в бордовом кожаном кресле, Артемис воззрился на Беккета и Майлза. Маму свалил грипп, папа находился в ее комнате вместе с врачом, поэтому карапузов развлекал старший брат. А что может быть веселее урока!
Сегодня Артемис решил одеться попроще: небесно-голубая шелковая рубашка, светло-серые шерстяные брюки и мокасины от Гуччи. Он зачесал темные волосы назад и постарался придать лицу жизнерадостное выражение, что, как он слышал, очень нравится детям.
— Артемис хочет пи-пи? — Беккет восседал на тунисском ковре в одной перепачканной травой футболке, которую натянул на колени.
— Нет, — бодро отозвался старший брат. — Просто пытаюсь выглядеть веселым. Разве тебе не положено носить памперс?
— Памперс! — презрительно фыркнул Майлз.
Он еще в четырнадцать месяцев научился обходиться без подгузников, забираясь на сиденье унитаза при помощи лестницы, сложенной из томов энциклопедии.
— Памперс — не! — Беккет надул губы и прихлопнул застрявшую во влажных светлых кудрях еще жужжащую муху. — Беккет ненавидит памперс.
Артемис недоверчиво прищурил глаз. Сомнительно, чтобы няня забыла надеть на братца подгузник, а потому следовало бы задуматься, где сей предмет находится в данный момент.
— Хорошо, Беккет, — продолжил он. — Отложим вопрос о памперсах на потом и займемся сегодняшним уроком.

Йон Колфер «Затерянный мир»

Йон Колфер "Затерянный мир"

Большинство из тех, кому доводилось столкнуться с телохранителем Артемиса Фаула, не назвали бы этого человека довольным жизнью. Слова «веселый» и «счастливый» тоже редко подходили к нему или к находившимся в непосредственной близости от него людям. Дворецки стал одним из самых опасных людей в мире не потому, что умел поддерживать непринужденную беседу с каждым встречным – если, конечно, не считать вопросов о путях отхода или припрятанном под одеждой оружии.
Сейчас Артемис Фаул и Дворецки находились в Испании, и никогда не отличавшийся жизнерадостностью телохранитель хмурился больше обычного. Его молодой хозяин, как всегда, делал все, чтобы усложнить Дворецки выполнение его профессиональных обязанностей. По настоянию Артемиса они уже целый час торчали на тротуаре проспекта Грации в Барселоне, и только несколько чахлых деревьев защищали их от палящего полуденного солнца и потенциальных недоброжелателей.
Это была уже четвертая поездка за границу за последние четыре месяца. Сначала Эдинбург, потом долина Смерти на Диком Западе, за которой последовало крайне рискованное и трудное путешествие в самое сердце Евразии – в Узбекистан. А теперь вот Барселона. И все ради встречи с таинственным «гостем», который до сих пор еще ни разу не показался.

Кэза Кингсли «Пять волшебных кристаллов»

Кэза Кингсли "Пять волшебных кристаллов"

Ребята прошли к кассе и встали за высокой худой женщиной, состоявшей как будто из сплошных острых углов — острый нос, острый подбородок и даже зубы острые. Седые волосы возле лица были коротко острижены, а на затылке убраны в хвост. Когда женщина наклонилась, чтобы поискать в сумке кошелек, длинная прядь съехала и повисла, так что дама стала похожей на кривой рыболовный крючок.
На вошедших в магазин детей женщина не обратила никакого внимания. Поджав губы, она рассматривала блестящие серебряные подковы и разговаривала с продавщицей:
— Спасибо, что привезли их на заказ, Мэйбел. Пусть кто-нибудь занесет дорожные сумки на колесиках с кормом в мою портодверь.
Продавщица Мэйбел являла собой полную противоположность тощей даме — маленькая, кругленькая, в ярком красном свитере. Когда покупательница снова наклонилась к прилавку, у Эрека возникла мысль о крючке, который вот-вот вонзится в румяное яблоко.
— Слушаюсь, миссис Штейн, — отозвалось «яблоко».
Бетани ткнула Эрека в бок и вскинула брови. Прежде он особо не прислушивался к разговору, но тут навострил уши.
Миссис Штейн вздохнула и покачала головой.
— Ох уж мне эти мальчишки со своими драконями! Пришлось заставить их приятеля Гранта отдать своего Доллику. Несправедливо, что два брата получили коней, а третий нет. Мы стараемся зря мальчика не расстраивать, иначе он жутко вопит и бодает всех подряд.

Эрек Рекс «Чудовища Иноземья»

Эрек Рекс "Чудовища Иноземья"

Полицейские не отставали, бесцеремонно отпихивая людей с дороги. Эрек отчаянно метнулся к киоску с кофе и перемахнул через стойку. Девушка за кофе-машиной взвизгнула. Эрек извинился и нырнул под стойку, прячась от полицейского в черной шляпе, скользнувшего в киоск вслед за ним. Девушка в ужасе замерла, полный кофейник горячего напитка вырвался у нее из рук и упал на спину полицейскому. Тот обернулся и яростно зашипел. Эрек снова перескочил через стойку и побежал в интернет магазин адидас одежды. Как бы сейчас пригодилось умение летать! Стоило об этом подумать, как стало ясно, что и умение летать не спасет. Два полицейских скользили к нему по воздуху, извиваясь, как червяки. Клыки поблескивали, отражая свет. Уставившись на них, Эрек не заметил под ногами чью-то ходячую сумку, споткнулся и упал. Змеи приближались, разинув хищные рты. Эрек попытался вскочить, но его уже окружили, и острые клыки нацелились ему в ногу. Ох, от укуса не увернуться! Оставалось только надеяться, что полицейские не ядовиты. Он обреченно зажмурился и стиснул зубы… Ничего не произошло. Эрек с опаской приоткрыл один глаз и увидел змеиную пасть полицейского, застывшую над лодыжкой. Эрек отпрянул, а пасть осталась на прежнем месте. На станции ОКО наступила необычная тишина. Все вокруг замерли, как статуи.

Кэза Кингсли «Глаз дракона»

Кэза Кингсли "Глаз дракона"

Эрек потер щеку, зевнул и приоткрыл нормальный глаз. Будильник ликовал, точно футболист, забивший гол. Он подскочил к шариковой ручке и мастерским ударом отправил ее мальчишке в ухо. Эрек застонал. Если не встать, противные часы начнут прыгать по нему. Можно бы, конечно, закинуть их подальше, но ведь они все равно вернутся, а завтра вообще разбудят чуть свет.
— Отстань! Говорил же, мне можно поспать. Лето на дворе!
Стоило оторвать голову от подушки, как что-то вцепилось в губу. Зубная щетка! Еще один мамин подарок. Итут еще куча всевозможных подарков больше информации. Упираясь тоненькими ручками и ножками, она стала начищать Эреку зубы, да так, что он едва не поперхнулся.
Мальчик отшвырнул надоедливую штуковину на пол, и та выбежала из комнаты. Эрек проводил ее взглядом. Прошлой ночью он запер часы в шкафчике в ванной. Уж не щетка ли помогла им выбраться?
Давным-давно, когда такие покупки еще были им по карману, мама заказывала эти странные живые вещи в каком-то магазине под названием «Вулкан». Эрек с детства к ним привык и смотрел почти как на домашних животных. Правда, мама запрещала показывать их гостям — те ведь могли решить, что спятили…

Майте Карранса «Избранница»

Майте Карранса "Избранница"

Оонаг мечтала участвовать в королевском выезде без обуви и исключительно в таком виде, украсив свой лоб диадемой с колокольчиками, талию — поясом из маков, а шею — ожерельем из маргариток. Королева не выносила старинные, вышитые золотом и серебром наряды, в которые полагалось облачаться согласно протоколу. Она терпеть не могла церемониймейстера Дианкехта и знала, что он ее враг, а еще опасный соперник в борьбе за благосклонность короля и хитрый стратег. Но Оонаг тоже была не лыком шита и не сидела сложа руки.
Уже пять дней королева одну за другой терпеливо передвигала фигуры интриги, понимая, что со временем это принесет свои плоды. Пикси вот-вот передадут ей выбранную жертву, и только что в лесу была сделана чудесная находка, которая могла склонить чашу весов в ее сторону. На этот раз судьба оказалась благосклонной и приготовила королеве замечательный сюрприз. Этот сюрприз был завернут в ковер.
Сейчас она не могла взглянуть на него, потому что Финвана вот-вот должен был явиться в ее спальню, не считая свой приход несвоевременным и не ведая о запутанной паутине осведомителей королевы, которыми та управляла как марионетками, подвешенными на шелковых нитях. Король удивился бы, узнай он об огромной власти, которую обрела его супруга, и которая позволяла ей контролировать все его передвижения, желания и мысли.

Майте Карранса «Ловушка»

Майте Карранса "Ловушка"

Лилиан, хорошенькая ирландская Фиалковая фея, мучаясь от тревоги, качалась на листочке белой ивы. Ростом чуть меньше ногтя мизинца, с нежной кожей, бархатными крылышками и блестящими волосами, малышка была создана, чтобы порхать с цветка на цветок, весело смеяться и без устали плясать долгими летними ночами на полянах дремучих лесов Уиклоу, где близ вершины горы Таллагт берет истоки река Слейни.[1]
Лилиан всегда знала, что она не такая, как ее подруги, известные своим ветреным и изменчивым характером.
Когда над старыми, покрытыми мхом вязами робко появилось летнее солнце, Фиалковая фея загрустила, вся в ожидании сумерек. Она единственная из обитателей леса не радовалась теплым дням, наступившим всего несколько недель назад.
Те пробудили в Дэйойн Сайд — волшебных существах с холмов — желание в полдень плясать вокруг фей, а в полночь устраивать празднества до той поры, пока холод снова не скует даже воспоминания о тепле, накрыв все вокруг зимней плесенью и колючим инеем.